Идейная беспомощность антикоммунизма

А между тем к началу 1917 года Россия подошла в таком состоянии, что самодержавие было низложено буквально за неделю февраля — без всякого внешнего вторжения, просто потому что гнило изнутри десятилетиями. Либералы, сменившие царя, очень быстро показали, на что способны: ни мира, ни земли, ни хлеба, зато — бесконечные обещания, болтовня о «свободе» и подготовка к новому наступлению на германском фронте в разгар войны, которая уже добивала страну. В этих условиях Октябрьская революция была не привозной экзотикой из парижских салонов, а практически единственным реальным ответом на отчаяние десятков миллионов людей, которых довели до края. Это был акт спасения от полного распада и превращения в колонию западных держав — другого варианта просто не существовало.

Потом выступающий призвал судить коммунистов «по делам их». Хорошо, давайте именно так и сделаем — только без театральных восклицаний, по-честному, по фактам.

Факты просты и жёстки.

Россия образца 1917 года — страна с высокой долей неграмотного населения, с промышленностью, которая по большинству показателей уступала не только Америке и Германии, но и Франции с Англией. Россия 1945 года — держава-победительница, чья армия взяла Берлин, чьи танки и самолёты были одними из лучших в мире, чья наука уже стояла на пороге создания атомной бомбы. Между этими датами — всего 28 лет. Из них несколько лет кровавой Гражданской войны и тотальной разрухи, несколько лет восстановления и несколько лет форсированной индустриализации в условиях полной блокады и постоянной угрозы войны. Кто это совершил? Кто в таких обстоятельствах превратил аграрную полуколонию Европы в ядерную сверхдержаву? Либералы, сбежавшие в Париж и оттуда читавшие нотации? Эсеры, которые метали бомбы в собственных союзников? Белые генералы, перешедшие на сторону немцев? Или, может, христианская этика «не противься злу насилием», которая в 1941 году очень быстро показала свою полную беспомощность перед танковыми клиньями вермахта? Нет. Помогли Т-34, Ил-2, Катюши, пятилетки, миллионы людей, воспитанных и организованных советской властью.

Миллионы погибших в Гражданской войне. Но кто её развязал? Те, кто не принял власть Советов, кто пошёл с оружием против рабочих и крестьян, кто звал на Русь интервентов 14 государств, кто устраивал белый террор без всяких скидок на женщин, детей, стариков. Красный террор возник как ответ на белый. Упрекать только одну сторону, делая вид, что другой стороны не существовало, — это уже не исторический анализ, а политическая проституция самого низкого пошиба.

Когда дошло до развала СССР, оратор неожиданно задел нервную точку — но тут же сам себя обесценил. Да, к середине 80-х партийная верхушка сильно переродилась. Из людей дела она превратилась в касту, для которой главное — доступ к распределению благ, спецпайки, дачи, привилегии. Горбачёв, Яковлев, Шеварднадзе и их команда не просто ошибались — они целенаправленно разбирали социалистическое государство под красивыми словами о «перестройке», «гласности» и «общечеловеческих ценностях». Они были не коммунистами, а могильщиками коммунизма, пробравшимися к власти под партийным билетом. Но из этого правильного наблюдения делается совершенно ложный вывод: значит, коммунизм провалился. Нет.  Предатели внутри системы сознательно отказались от коммунизма . 19 миллионов членов партии не вышли защищать ЦК в августе 91-го не потому, что все стали предателями, а потому, что этот ЦК давно уже не защищал их и не представлял их интересы. Верхушка партия забюрократилась, оторвалась от масс. Но винить в этом всех коммунистов подряд — всё равно что обвинять всех христиан в преступлениях инквизиции или всех русских в преступлениях опричнины.

А дальше началась откровенная деградация уровня дискуссии. Перешли к современной КПРФ — и критика опустилась до уровня  детского сада. Над предложением о моратории на рост тарифов ЖКХ просто поиздевались. То есть люди предлагают конкретную меру: заморозить цены на газ, электричество, тепло, чтобы миллионы семей не вымерзали зимой и не нищали до последней копейки — а в ответ слышат только сарказм и дежурное «война — дело дорогое, все за неё платим». И это подаётся как мудрая взрослая позиция. Ничего не предлагать, принять как неизбежность, что простой человек должен платить за всё — за войну, за прибыли олигархов, за небоскрёбы в Москва-Сити, — и ещё благодарить власть за то, что она хотя бы «честно» грабит. Честность эксплуататора, который говорит «я вас обкрадываю, потому что могу», — это не повод для благодарности. Это повод для сопротивления.

Обвинения в «ручной оппозиции», в том, что коммунисты «на кормлении» у власти, звучат громко, но лопаются при первом же прикосновении к реальности. Да, фракция в Думе, да, зарплаты депутатов. А как иначе доносить альтернативную точку зрения до миллионов людей? Уйти в полное подполье? Тогда и законопроектов о заморозке тарифов не будет, и голосов против повышения пенсионного возраста, против налогового грабежа, против превращения медицины и образования в товар просто никто не услышит. Из года в год КПРФ — единственная парламентская сила, которая систематически голосует против антинародных законов. Если бы у них была реальная власть — этих законов бы не приняли. Но пока власть у либералов и силовиков, коммунисты используют любую трибуну, чтобы хотя бы озвучить правду и предложить людям альтернативу.

Последний аккорд — переход на личности. Возраст, пионерский галстук, ирония над внешним видом, сравнение лидера партии с олигархами, которые нажили миллиарды на разворовывании бюджета. Это уже даже не критика. Это когда слова по существу кончились — и остались только насмешки, подколы и прямые оскорбления. Упрёки в адрес Г.А. Зюганова — это уровень школьника, дразнящего мудрого старика. Можно сколь угодно ёрничать над внешними атрибутами, но это не отменяет того факта, что КПРФ (заслугу Геннадия Андреевича в сохранении которой умалить просто невозможно) на протяжении десятилетий остаётся единственной парламентской силой, которая не растворилась в болоте рыночного либерализма. Автор ставит Зюганова в один ряд с Ротенбергом. Но Ротенберг — олигарх, чьи миллиарды выросли на работе с госзаказами. Зюганов — политик, чья программа требует справедливого распределения национального богатства. Разницу горе-пропагандист не видит или делает вид, что не видит. Это удобно: не надо думать.

Собственно, на этом передача и закончилась по смыслу. Когда аргументы иссякают — в ход идут оскорбления. Когда нечего возразить по делу — начинают тыкать пальцем в возраст, в галстук, в «психическое заболевание». Это не анализ. Это истерика. И она, к сожалению, очень характерна для тех, кто хочет казаться умным, не утруждая себя знанием.

А в итоге такие вот ораторы — самые полезные люди.  Они стараются изо всех сил, брызжут слюной, машут руками, выкрикивают самые дикие глупости — и в результате только подчёркивают, насколько слабы их позиции. Чем громче они орут про «психическое заболевание» , тем очевиднее становится, что по делу сказать им нечего. Чем больше таких пропагандистов — всяких, разных, крикливых, самоуверенных, — тем лучше. Пусть плодятся и размножаются. Каждый их выход в эфир работает на противоположную сторону сильнее, чем десяток агиток. Потому что когда люди видят, что против коммунистов выставляют именно такой уровень «аргументов», они сами начинают задаваться вопросом: а может, в этих «психиатрических» идеях что-то есть? Больше таких шоу! Больше таких «аналитиков»! "Полезные идиоты" — лучший подарок для тех, кого они пытаются заклеймить.